logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo logo
star Bookmark: Tag Tag Tag Tag Tag
Russia

Кучерена рассказал, кто попросил его защищать Устинова

По ходатайству адвоката прокуратура уже инициировала перед Мосгорсудом рассмотрение изменения меры пресечения.

«Если за дело взялся Кучерена, это значит, что «наверху» хотят урегулировать конфликт и признают неправоту силовиков», — считают некоторые эксперты.

Анатолий Кучерена, и правда, юрист высочайшего уровня, детально знающий, как законы действуют в российских реалиях. Но он кроме того сам — видный общественный деятель, был членом ОП, ныне председатель Общественного совета МВД.

Перечисление его регалий и постов займет немало места (Кучерена даже являлся членом Комиссии при Президенте РФ по предварительному рассмотрению кандидатур на должности судей федеральных судов, а также президентской Комиссии по вопросам кадровой политики в правоохранительных органах). А еще он представлял интересы таких лиц, как экс-агент ЦРУ и СНБ, перебежчик Эдвард Сноуден.

— Столько разговоров сейчас по поводу того, почему вы взялись за это дело. Есть даже версия, что вас в Кремле попросили. А как на самом деле было?

— Ко мне обратились актеры и общественные деятели. Много звонков было именно (и только) с их стороны. Ну вот, к примеру, позвонили Алексей Гуськов, Гарик Харламов. Ну и, конечно, Константин Райкин. Ему сложно вообще было бы отказать. Но дело даже не в этом, а в том, что в какой-то момент я понял: не могу в стороне остаться.

— Вы лично знакомы с Константином Райкиным?

— Нет, только по телефону общались. Я получил письмо за подписью Райкина и Полянкина как руководителей Высшей школы сценических искусств (театральная школа Константина Райкина), которую окончил Павел Устинов. Они официально просили принять их предложение вступить в дело в качестве адвоката.

Сразу скажу, что прежний защитник никуда не делся, мы будем работать вместе.

— Неужели не давили на вас как на человека, возглавлявшего общественные советы многих силовых структур? Вам не звонили с «обратной» просьбой: не браться это дело?

— Нет, таких звонков не поступало. И я надеюсь, что не поступит.

— Вы сами не считаете, что это дело политическое?

— Не думал об этом. Не хочется лезть в политику — я этим не занимаюсь. И хайп ловить мне нечего — в моей жизни без этого много дел. Повторюсь, я взялся по двум причинам: потому, что не смог отказать общественным деятелям и артистам, и потому, что сам посчитал себя обязанным «включиться».

— А вы смотрели видео, которое отказался посмотреть судья Криворучко?

— Я ознакомился с ним частично. До трех утра занимался изучением материалов. Первый шаг, который я сделал, — подготовил документы, чтобы изменить меру пресечения. Прокуратура Москвы уже поддержала мое обращение. По моему ходатайству она инициировала в Мосгорсуде рассмотрение вопроса об изменении меры пресечения. Я бы настаивал на подписке о невыезде.

— Но это ведь практически невозможно — чтобы человека, которого суд первой инстанции приговорили к реальному сроку, до апелляции взяли и выпустили из СИЗО!

— Приговор в отношении Устинова, напомню, не вступил в законную силу. Апелляция будет 23 сентября, но я не жду этой даты. По закону до рассмотрения апелляции человека могут оставить на свободе. Суд имеет право это сделать.

— Прокуратура о таком, мягко говоря, нечасто просит. Сработал ваш авторитет?

— Я не стал бы перетягивать одеяло на себя. Уверен, что прокуратура и без меня бы увидела, что есть возможность изменения меры пресечения на более мягкую, не связанную с помещением в СИЗО. Надо было, чтобы кто-то обратился к ней с таким ходатайством. Важно, чтобы это было грамотно оформлено. А я человек опытный, знаю, как и что делать.

Завтра будет принято решение судом. А сейчас я зайду в СИЗО №4 («Медведь»), чтобы встретиться с Павлом Устиновым.

— Устинов, как выяснили члены ОНК Москвы, содержится в камере с прогнившим полом, где тусклое освещение и мало свежего воздуха. Попросите, чтобы его перевели в другую?

— Я первым делом спрошу у него самого сейчас про условия содержания. Не исключено, что ему уже поменяли камеру по ходатайству ОНК.

— На чем вы будете делать акцент, когда дело актера будет рассматриваться в апелляционной инстанции? На незаконности обвинения? На слишком большом сроке?

— Я это пойму, когда изучу все доказательства, которые суд первой инстанции исследовал. Сейчас мне важно, чтобы Павла выпустили на свободу.

— За дела других фигурантов так называемого «московского дела» возьметесь?

— Думаю, что нет. Просто времени и сил не хватит на все.

— А что посоветуете защитникам других участников «московского дела» — Константина Котова, Кирилла Жукова?

Я их дел не знаю. Но в любом случае советую не бояться действовать резко и дерзко, к примеру, в части жалоб на избрание меры пресечения. У меня были громкие дела, которые удалось выигрывать только потому, что когда выгоняли в одну дверь, я заходил в другую. Только профессионализм позволит облегчить участь тех, кто считает, что преследуется незаконно.

Читайте материал «Кремль пожалел Устинова: государственная кошка полюбила уличную мышку»

Themes
ICO